Карман

Как горец хвалит гор величие,
Как любит волны мореман,
Я в восхищении безграничном
Хвалю наполненный карман

Когда в штанах, в жилетке, в куртке,
В рубашке, в майке ли, в трусах,
Да пусть хоть в кожаной тужурке:
Пустой карман – кошмар и страх

И лишь тогда душа взлетает,
Когда всегда, в любой момент
Рука в кармане ощущает
Купюр шуршание, звон монет.

И тост сегодня поднимаю:
Чтоб жизнь благоволила Вам,
Рукой и сердцем ощущая
Надежный, не пустой карман!

Плацкартный вагон

Плацкартный вагон – это в рожу торчащие пятки в проходе.
Плацкартный вагон – это запах сортира, и вонь до слезы.
Плацкартный вагон – это переодеться вот так, при народе.
Плацкартный вагон – это вечно могучий, но русский язык.

Кто-то едет туда, а кто-то обратно,
Кто храпит, кто не спит, кто чихает, кто пьет…
Пролетают в окне огоньки и вокруг не приятно,
Только поезд железной дорогой своею идет.

Плацкартный вагон – проводница с ментом целуется в тамбуре.
Плацкартный вагон – санитарная зона, закрыт туалет.
Плацкартный вагон – и белье, и матрас, и подушка дырявые.
Плацкартный вагон – это самый дешевый в кавычках билет.

Чемоданы скрипят снизу-сверху прижаты.
Хлещет дождь за окном, на кустах нет листвы.
Каждый раз эта дрянь по дороге с Москвы на Саратов:
Люди едут, оплачено, поезд их должен везти…

Землекопы

Отбросим мы на миг язык Эзопа,
Эмоции покоя не дают.
Я поднимаю тост за землекопов,
За нужный их ручной не легкий труд.

Чуть солнце встанет, уж они копают,
Но вряд ли перевыполняют план,
И лишь лопаты тут и там мелькают,
Внимание привлекая россиян.

Натружены мозолистые руки
Шлифовкой деревянных черенков.
Не знают землекопы в жизни скуки,
Они руками машут, будь здоров!

Любой каприз за мизерные деньги:
Могилу, погреб, яму, котлован,
Среда, четверг, суббота, понедельник.
Вручную землекоп нароет вам.

Пускай земля под сапогами киснет,
А взмах лопаты лишь привычный жест.
И кто подозревает, что за мысли
Родятся в землекоповой душе?

И вряд ли кто-нибудь когда узнает,
О чем тайком мечтает землекоп?
Его души никто не замечает,
А он в душе наверно одинок.

Копает, на погоду не взирая,
Копает всем врагам своим назло.
Я тост за землекопа поднимаю –
Хочу, чтоб землекопу повезло!

Проданный мент

Для кого не существует границ,
За которые зашел беспредел?
Кто позволил допустить терроризм
в Дагестане и в стольной Москве?
Почему дозволил гибель людей,
Испохабив мундира контент,
За косарь американских рублей,
Наш российский, но проданный мент?

Для чего ловить воров и убийц,
Бегать ножками и ум напрягать,
Если можно работяг разводить
И кавказцев-торгашей обирать?
Для чего тревожить наркодельцов,
Если дань течет карманы рекой,
А, к несчастью матерей и отцов,
Наркоманы сдохнут сами собой?

Зачастую нашей жизни цена
Возрастает с аппетитом погон.
За такую песню будет одна
А за пояс со взрывчаткой другой.
И народ живет покорно и ждет,
Что когда нибудь наступит тот час:
Те, которые должны защищать,
Перестанут свой народ продавать!

Беспечность

Памяти хоккейной команды “Локомотив”, г. Ярославль

Беспечность, будь же ты проклята!
Законам жизни супротив
На взлете рухнули ребята –
Не долетел «Локомотив»…
И вновь звучит в стране команда
Проверки годности судов,
И снова взяток миллиарды
Карманы полнят у воров.

Кому застили деньги разум
(Про совесть даже речи нет) –
В ремонт не вложится ни разу –
Авось, протянет пару лет.
Они найдут, кого к ответу
Призвать из горстки технарей.
Они зажмут одну монету,
Профукав тысячи рублей.

И вновь об Волгу самолеты,
И вновь под Волгу корабли,
И снова мы виним кого-то,
Что не спасли, не сберегли.
Малахов соберет ток шоу,
Покажут много интервью,
А сотни самолетов снова
Летят лишь с Божьей помощью

А надо лишь пресечь беспечность,
Хозяев – к вышке, под Указ!
Но это миф… и только в вечность
«Локомотив» ушел от нас…

Песня за жизнь

Захотелось песню сделать – взял и написал!
Вроде сдулся, обессилел, или подустал.
А натренькал три аккорда, выдал пару рифм,
Обозвал все песней гордо – сразу позитив!

Все летят по воле ветра, по воде плывут,
И не ищут смысла где-то, просто так живут.
Дом, работа, вечный транспорт, пробки, стаканы
От зарплаты до аванса жизнь за пол-цены.

Кончились рукопожатья, все общение в сеть:
Кто в раздумье, кто в разврате, – что про это петь?
На концерт не ходят люди – плеер, интернет,
И театров так не будет через десять лет!

Захотелось песню сделать, просто так, за жизнь,
А по сути оказалась жизнь – как катаклизм.
Важно вырваться из круга и про это спеть,
Просто так увидеть друга, без захода в сеть.

Прощай, Интернет!

Оборву провода быстрой связи,
Обесточу свой дом, кабинет
И, очистясь от мрази и грязи,
Громко крикну: “Прощай интернет!”

Заболочен настолько стал разум,
Повсеместно, везде, тут и там
Все как будто бы впали в маразм
И приникли к бездушным компам.

Строят фабрики, дачи и фермы,
Виртуальные сеют поля
От того, что в отчизне, наверно,
Накопилось жратвы до фига.

И, пускай магазинная гречка
Стоит сотню рублей за кило,
Мы взрастим виртуальных овечек,
Всем дефолтам буржуйским назло!

Мы оставим свой разум на блогах, –
Где теперь интеллектом блеснуть?
Ведь учились, кряхтя, понемногу,
Постигать соцсетей смысл и суть.

А правительство просто поддержим,
Нам не хлеба – свободы давай!
Мы торчим в интернете, с надеждой
Отыскать виртуальный свой рай.

Люди молятся Господу Богу
Сквозь великую сеть интернет,
Их молитвы находят дорогу,
А кому-то приходит ответ.

Вот и я докопался до сути,
Просто так – захотелось пожрать…
Обменяю на трактор компьютер,
И поеду на поле пахать.

Ляжет осенью хлеб на прилавки
Средь заморских грибов, овощей,
Только будет он стоить, что вряд ли
Ты его больше купишь вообще.

А ведь надо всего лишь немного –
Не вкушать виртуальных хлебов, –
И реальных тогда будет много,
Да и души спасем, видит Бог!

Штрафы

Оплатил я сегодня все штрафы,
Что начислили мне в ГИБДД.
Так хотелось послать бы их… к жирафам
Но такое чревато вдвойне,

Ведь теперь они в холоде лютом
На дорогах почти не стоят,
А сквозь камеры через компьютер
В теплых креслах за нами следят.

Наплевать, что убиты дороги
И разметка истёрлась в хлам.
Ведь зачем-то платим налоги
В чей-то туго набитый карман?

Чтобы иссиня-чёрным гудроном
Ямы после зимы поливать,
А водилам потом ацетоном
Кузова, матерясь, оттирать.

Безопасность движенья, главнее
За движеньем этим следят,
А дороги? – они ведь в Рассею
Как положены, так и лежат.

ГИБДД наблюдает исправно,
Как добытые потом рубли
Утекают из рук наших плавно,
А дороги, как прежде, в пыли…

Дураки

На свете много дураков, хотя их не считал никто.
И сосчитать – напрасный труд, за это денег не дадут.
Но вдруг рождается дурак из ничего, из «просто так»,
И сам дурит, и дурит нас, и верим мы ему подчас.

Ах, дураки, ох, дураки!
И не друзья, и не враги.

А как прожить без дураков? Ответ мне видится таков:
На фоне чокнутых людей мы сами кажемся умней
Но это только по-первой, когда же взглянешь раз-другой,
Иной дурак – умнее нас, и верим мы ему подчас.

Ах, дураки, ох, дураки!
Вы чем-то умникам близки.

На свете много дураков, их каждый сам назвать готов,
Мы даже ближнего, подчас, мечтаем обдурить не раз,
Но воздают нам дураки, и кормят глупостью с руки –
Она же сладкая, как лесть, и мы готовы глупость есть.

Ах, дураки, ох, дураки!
Без вас подохнем от тоски.

Ямщик

Натянулась тетива, да стрела не вложена,
И пускай бежит молва вперемешку с ложью, но
Что здесь думать да гадать? – жизнь идет по-прежнему,
Суждено ей управлять глупыми невеждами.

Закусили удила кони привередливы,
А ямщик кнутом их в такт лупит, боль не ведая,
Брызжет сочный русский мат, истерит да скалится,
Кони скачут да хрипят, а кому понравится?

Все дороги по Руси – горе беспросветное,
Если нету колеи – значит ехать некуда.
Будешь ехать наугад, коль она кончается,
А еще в тех колеях камни попадаются.

Отлетело колесо, бричка опрокинулась,
Так накрыла ямщика, что душа откинулась,
И застыла на века рожа недовольная,
Тройка же в поле унеслась – вот она, жизнь вольная!

Натянулась тетива, да стрела не вложена,
Видит Бог, что ямщика злость его стреножила,
Проще некуда вложить вожжи в руку плоскую,
Не давайте дуракам управлять повозкою!