Архив рубрики: Песни

Ямщик


Натянулась тетива, да стрела не вложена,
И пускай бежит молва вперемешку с ложью, но
Что здесь думать да гадать? – жизнь идет по-прежнему,
Суждено ей управлять глупыми невеждами.

Закусили удила кони привередливы,
А ямщик кнутом их в такт лупит, боль не ведая,
Брызжет сочный русский мат, истерит да скалится,
Кони скачут да хрипят, а кому понравится?

Все дороги по Руси – горе беспросветное,
Если нету колеи – значит ехать некуда.
Будешь ехать наугад, коль она кончается,
А еще в тех колеях камни попадаются.

Отлетело колесо, бричка опрокинулась,
Так накрыла ямщика, что душа откинулась,
И застыла на века рожа недовольная,
Тройка же в поле унеслась – вот она, жизнь вольная!

Натянулась тетива, да стрела не вложена,
Видит Бог, что ямщика злость его стреножила,
Проще некуда вложить вожжи в руку плоскую,
Не давайте дуракам управлять повозкою!

Старая гвардия


Мы ходили, заливались злыми песенками,
Убегали, сквозь заборы перемахивали,
Упивались несвободой да портвейнами,
И, с постели встав, колени отряхивали.

Не взрывали, не курили, не химичили,
Не блуждали там, где улицы подсвечены,
Воевали исключительно наличными
И на трешку организм был подлеченным.

Что за жизнь пошла с крутыми переменами,
От расстрельности до самосознания?
Белокаменную танком переехали,
На пятнашки государство разбазарили.

Беспокоился, кто не приспособился
Жить торговлею, да ростовщичеством,
Поднялись, кто в наших храмах не молится,
Старый рубль перемножив на тысячу.

Не споем мы этим молодцам песенки,
Душу русскую согнуть не получится,
И покатятся они вниз по лесенке,
Перестанет наша Родина мучиться.

Наркотик


Душа в полете за новой дозой,
Она томится, глотая слезы.
Она то воет, то затихает,
То монотонно сидит вздыхает.
Дает потуги, да все без толку,
То рвет подпруги, то мылит холку,
То подлетает, то валит в пропасть,
То замирает, то крутит лопасть.

То вены пухнут, то нити тоньше,
Они без дозы не могут больше,
Но вдруг – удача! и постепенно
Струится к мозгу тепло по венам.
Душа раскрылась волной полета,
Летит над миром без самолета.
Финал – прекрасен, конец – известен
Такой наркотик – создание песен!

Блогеры


В интернете много шума, политической борьбы,
Стали наши толстосумы бабки вкладывать туды.
Извлекают, гады, прибыль от общения людей,
Мы представить не смогли бы жизнь теперь без соцсетей.

Позабыли хруст газеты, кто подписаны на блог,
Им в рассылку шлют советы – кто кому и как помог,
И листают по экрану снизу вверх и сверху вниз
Междустрочную рекламу блогеров – подвальных крыс.

Из статей живых журналов формируется пиар,
Сколько лайков пособрал он, таков и будет гонорар,
И сошлись в словесной схватке те, кто за и супротив,
И искусно подменяют позитив на негатив.

Так несется глас народа – уши вянут от прекрас,
Цель одна у этих блогов – расслоение всех нас.
Чтобы выплеснуть всю жёлчь на невидимых людей,
Им в мозги втирает сволочь ряд совсем иных идей.

Чтобы смута в результате продолжалась по стране,
Чтоб Россия приближалась вновь к межклассовой войне,
Чтоб не вылезть из болота на болотных площадях,
Строчат разные мразоты ежедневно в соцсетях.

Хандра


Вилка на полу с приходом ночи,
Но придти опять никто не хочет.
Рваный пирожок и без начинки
Выкинут давно, и нет причины.

Просто одиночество подкралось,
А за ним уже шагает старость,
А за этим всем крадется глупость
И лицо изображает тупость.

Календарь закончен, как полгода,
И висит картинкой – не охота.
Радио молчит, да что там слушать?
В животе урчит – пора покушать.

Холодильник пуст – открыты двери.
Будущее есть, но я не верю.
Будущее может будет завтра,
Как нибудь дотянем до утра так.

Последний день Помпеи


У Люция когда-то Каллистус занял денег,
Но долг вернуть обратно он не спешил на деле.
Его бы посадили, но тут Каллистус умер,
Когда на город пепел свой выплюнул Везувий.

На Тулия Нумерий строчил в Сенат доносы,
Что не спешит чиновник решать его вопросы.
Угрозы прекратились, и прекратился Тулий,
Когда на город пепел свой выплюнул Везувий.

Узнал случайно Маний, что спит его супруга
Не только с ним ночами, а со слугой, и с другом,
Но завершилось время разврата и безумий,
Когда на город пепел свой выплюнул Везувий.

Последний день Помпеи расставил много точек:
Патриции, плебеи, все сгинули досрочно.
Как трудно быть по жизни приличным человеком!
Не делать гадость ближним, и не покрыться пеплом.

Сладкий сироп


Я напился сладкого сиропу,
И включил ТВ на новостях,
Там как раз сюжет был про Европу,
А точней, про тех, кто там в гостях.

Гости обижают европейцев,
Нарушают грошевой уют,
И ведут себя как кровопийцы,
Никому покоя не дают.

Хулиганят, дебоширят, грабят,
Феминисток трогают за грудь,
Гомосеков по углам гоняют,
Могут даже ножиком пырнуть.

Как их приглашали поначалу!
Зазывали, прям, со всех сторон –
Вот и ломанулись, побежали
Толпы под эгидою ООН.

НАТОвцы утюжат беспощадно
Сирию, Ирак, Афганистан,
А ватаги граждан безоглядно
Заселяют Кёльн и Амстердам.

Развели вас, как лохов, ребята,
Старшие друзья из США,
Потому как за бомбежки НАТО
Отвечать вы будете сполна.

Гости ваши вам еще припомнят
Всех, отправленных к Аллаху, душ,
Только не закрыть ларец Пандоры
Толерантным лепетом кликуш.

В плаче содрогается Европа,
Их на части рвут, кто ел с руки,
Чтобы к вам вернулась сласть сиропа,
Разгоните НАТО, мужики!

Шашлыки


Утром встало солнце, разбудив эстонцев,
На шашлык в Усть-Нарве ждал сосновый лес.
Радио с песнями, едем мы с друзьями,
На моей машине марки “Мерседес”.
В “Центруме” закупили пять кило свинины,
В “Максиме” добрали угли и пивка.
На морском песочке мы сидим в тенечке,
А свинья румянит на углях бока.

Начинали с пива, было все красиво,
Девочки в бикини, только я грустил.
С черного мангала сало вниз стекало,
И Михалыч выпить водки предложил.
Поросенок сочный, без двух лет молочный,
Как же под такое дело не разлить?
Сильная реклама – мне ж нельзя ни грамма –
Все толпу потом обратно развозить.

Долго я крепился, хмурился и злился,
Но потом Андрюха песни начал петь.
Только под гитару затянул про Нарву,
Понял я, что эту муку не стерпеть!
Мозг мой отключился, сам стакан налился,
И каким-то чудом вылился мне в рот.
Песня завершилась и толпа включилась:
Кто же их теперь обратно повезет?

Утром встало солнце, разбудив эстонцев,
Надо мной вовсю шумел сосновый лес.
И почти не понял, почему на взморье
Я всю ночь проохранял свой “Мерседес”?
На меня забили, на такси свалили,
Только это, братцы, право, все – фигня.
Поросенка съели, песни все попели –
Главное, что праздник был и у меня!

Марина


Я в твоих глазах увидал отражение моря,
И не знаю, откуда взялась в моей жизни такая,
От твоей красоты шум в ушах, словно шум прибоя,
Да и имя твое – словно шелест воды – «Морская».

Я мечтаю теперь о тебе каждой ночкой темной,
Сердце бьется от страсти быстрей и намного сильнее,
Стоит только услышать твой голос нежный, не громкий,
Сердце замерло – вновь от смущения я каменею.

Теплых губ аромат не дает мне забыть ту радость,
Что меня за собой навсегда увлекла в беспечность,
В этот миг все ушло в туман и, наверно, казалось,
Первый тот поцелуй будет длиться целую вечность.

В день рождения твой, в светлом месяце, знойном июле,
Я хочу подарить тебе добрую нежную песню.
Видит Бог, как же искренно то, что сегодня пою я,
Если нам суждено, значит, будем с тобою мы вместе.

Лента пенного прибоя


Здесь, в Прибалтике, природа
Редко радует погодой,
Только минувшее лето
Подарило нам те дни,
Чтобы вспомнилось, как прежде,
Золотое побережье –
На бескрайнем на просторе
Были только мы одни!

Повязала нас с тобою
Лента пенного прибоя,
И усть-нарвской тишиною
Стала ты моей судьбою.

Там обрыв из белой глины,
Весь загадочно-красивый,
И лежит огромный камень,
Так похожий на кита.
В гальке может повстречаться
Даже дырочка, на счастье,
Ну а мы нашли друг друга,
Чтобы раз и навсегда

Повязала нас с тобою
Лента пенного прибоя,
И усть-нарвской тишиною
Стала ты моей судьбою!

К сожалению, почему-то
Быстро тикают минуты,
И пришла пора прощаться,
Чтоб потом встречаться вновь.
Чтобы вспомнилось, как прежде,
Золотое побережье,
Где с тобой искали камни,
А нашли свою любовь.

Повенчала нас с тобою
Лента пенного прибоя,
И усть-нарвской тишиною
Стала ты моей судьбою.